Киржач. Звездный город искусных умельцев

По одним источникам, этот город Владимирской области впервые упоминался с 1328 г. как село, указанное в завещании Иваном Калитой. Другие утверждают, что поселение возникло как подмонастырская слобода при Благовещенском монастыре, основанном преподобным Сергием Радонежским тридцатью годами позже. Если задуматься, здесь нет противоречия.

Слово о Сергии

История исхода Сергия из Троицкой обители интересна и поучительна не только для монашествующих. Памятуя о недавнем голоде в монастыре, где до той поры молились вместе, но каждый жил сам по себе, самолично распоряжаясь и своим имуществом, и, что важно, продовольствием, игумен настаивал на введении общежительного устава. Проще говоря, в монастыре все должно быть общим и распределяться по мере необходимости между всеми. Части братии это не понравилось. К тому же возроптал недавно вернувшийся в обитель старший брат Сергия Стефан, говоря, что сюда, на гору Маковец, они с Сергием пришли вместе, вместе рубили первую келью и часовню и у него не меньше прав быть игуменом. Сергий, не говоря ни слова, на следующее утро собрал котомку и ушел.

 

 Сергий Радонежский. Памятник святому в Сергиевом посаде 

Преподобный отправился в монастырь к Стефану Махрищскому, своему давнему другу. Тот дал Сергию в проводники монаха Симона, с которым они дошли до пустынного места на высоком лесистом холме над рекой Киржач. Название реки отсылает любознательных в седые века, когда на левом берегу ее существовало финно-угорское поселение, в чьем языке слово «кержи» означает «левый». Здесь Сергий основал Благовещенский монастырь и провел в нем четыре года, пока Троицкая братия не уговорила его вернуться обратно. Общежительный устав был принят.

Покидая Благовещенский монастырь, Сергий оставил его настоятелем своего ученика Романа, Опять же, в одни жизнеописаниях Радонежского чудотворца говорится, что с Романом и уходил несколько лет назад преподобный в поисках нового уединенного места из Троицкой лавры. В других – что тот присоединился к Сергию позже. Роман Киржачский был поставлен митрополитом Алексием Московским первым игуменом новой обители и уже в наши дни прославлен в числе святых, в земле Владимирской и Радонежской просиявших.

 

Сергий Радонежский. Резное изображение во дворе музея «Дом аргунов» 

Возвращаясь к вопросу, стояла ли рядом с обителью на Киржаче деревня, или нет, скажем: вполне могла стоять. и потом разрастись до монастырских стен. Ведь упомянутый голод в Троице прекратился, когда в обитель неожиданно некий крестьянин  привез хлеб. А до того игумен, чтобы спасти братию, нанялся починить крышу кельи одного прижимистого старца за малую толику еды, которую разделил на всех. И, видимо, тогда принял решение добиваться введения общежительного устава. А плотником Сергий был умелым, об этом мы еще вспомним. Начинать же новую обитель следовало в месте уединенном, но все же не слишком далеко от человеческого жилья. Мало ли что. 

Киржач православный 

Благовещенский собор

 

Благовещенский монастырь, главная достопримечательность города, на сегодня – архитектурный комплекс из трех построенных в разное время храмовых зданий и высокой колокольни, а также часовни, вновь поставленной над выкопанному, по преданию, самим Сергием колодцем. Церковь же, посвященная Сергию Радонежскому, уничтожена в 1930-х, и ее надеются восстановить.

  

Надкладезная часовня 

Благовещенский собор, самое древнее сооружение в Киржаче, возведен в конце XV-начале XVI вв. на месте деревянного храма, срубленного еще Сергием. По своей архитектуре собор словно перекликается с Троицким храмом Троице-Сергиевой Лавры. Одноглавая четырехстолпная белокаменная постройка стоит на подклете, в котором покоятся мощи Романа Киржачского. В подклете же Великим князем Василием III и Еленой Глинской был сооружен придел в память святых Константина и Елены. Ныне там освящен престол в память Романа Киржачского. Четверик завершается тремя рядами кокошников, внутреннее пространство перекрыто ступенчатыми сводами, внизу – ряд ширинок, по карнизу выложен орнаментальный пояс из «язычков», а над световым барабаном поднимается шлемовидная глава. Симоном Ушаковым для обители в 1659 г. был написан образ Спасителя с предстоящими преподобными Сергием и Никоном. Храм расписывал в 1857 г. А. П. Соловьев, галерею-гульбище, соединившее его со Спасской церковью, в 1878-м – И. Я. Яковлев, а поновлял стенопись живописец А. Я. Стороженко.

 

 Троицкий храм Троице-Сергиевой лавры 

После революции ценности, находящиеся в соборе, опечатали, но богослужения проходили до 1923 г., когда храм передали Киржачскому церковно-бытовому музею и объявили охраняемым памятником истории и архитектуры. Экспозицию пополняли предметами церковного искусства из других закрытых храмов. В 1928 г. музей прекратил существование, собор оказался бесхозным, разорялся и чуть не был снесен, если бы ученые не встали на его защиту. В годы войны храм использовали под склад боеприпасов, а потом устроили в его помещениях колбасный цех и керосиновую лавку. В 1960-х здание частично отремонтировали  и оставили в этом состоянии до 1983 года. Тогда местные власти вознамерились открыть здесь музей, но состояние его уже можно было считать аварийным, и решение не осуществили. После возвращения в 1990 г. обители церкви и устроения в ней женского монастыря началось восстановление. При этом рядом с собором обнаружили и обезвредили осколочно-фугасную мину.

 Благовещенский собор и храм Спаса Всемилостивого

 

Монастырь находился в ведении Троице-Сергиевой Лавры. Вокруг раскинулись имения видных бояр, совершавших пожертвования на помин души усопших родных и другие святые дела. Немалые средства из этого обитель расходовала на помощь больным и беднякам.  

В 1656 г. князь Иван Андреевич Милославский, владевший соседним селом Федоровское, построил примкнувший к восточной стороне Благовещенского собора шатровый храм Всемилостивого Спаса (Спасскую церковь). Оба храма соединила галерея. Желто-охристые стены, контрастирующие с белокаменными элементами декора, украшают наборные наличники, а завершают – аркатура и ряд кокошников. Над ними поднимается четырехскатная крыша с двумя башенками и шатровой колокольней со звоном и двумя рядами окошек-слухов. В одной из башенок даже установили часы.

 Камень в основании будущего храма св. Сергия 

Князь Иван Андреевич был представителем древнего и знатного боярского рода, приходился родней первой супруге царя Алексея Михайловича, а сам вторым браком, похоронив первую жену, повенчался с внучкой Дмитрия Пожарского. В семейной жизни князь оказался несчастен – все пятеро его детей умерли, не достигнув совершеннолетия. 

Спасскую церковь князь построил над захоронением своих родителей, и ее подклет стал родовой усыпальницей Милославских – там находилось 15 гробниц с резными каменными надгробиями. Несколько икон в иконостасе принадлежали кисти Симона Ушакова. В 1856 г. стены храма расписал опять же А. П. Соловьев. Вообще же он считается основателем городского шелкоткацкого дела, при этом много лет избирался старостой Благовещенского собора, и будучи умелым иконописцем (учился в Лавре), расписывал монастырские храмы.

Храмовый ансамбль монастыря

  

Объединение двух храмовых зданий общей галереей-гульбищем – весьма оригинальное решение. Неудивительно, что в советское время Спасский храм передали музею вместе с Благовещенским собором, и в нем, кроме экспозиции предметов дворянского быта, устроили склад изъятых церковных и помещичьих ценностей. И, как собор, этот храм тоже пытались снести, к счастью, безуспешно. В 1960-х два храма тоже проходили реставрацию вместе, а в 1983 г. в Спасской церкви чуть не открыли клуб с игровыми автоматами – но обошлось. Сейчас здесь проводятся богослужения, а восстановительные работы продолжаются. 

В ходе секуляризации, проведенной Екатериной в 1764 г., Благовещенский монастырь упразднили. Его храмы стали приходскими, часть имущества передали в Троице-Сергиеву Лавру, разошлась по разным обителям братия. 

А. П. Соловьев и его супруга упокоились в монастырской земле, и рядом с их могилой сыновья Петр и Александр в 1866 г. возвели теплый трехапсидный храм Всех Святых с высокой – пять ярусов и барабан нал горкой кокошников – колокольней. На ней разместили девять колоколов; самый большой из них весил почти девять тонн. История не сохранила нам имен зодчих, строивших другие монастырские храмы – здесь же известно, что авторство принадлежит владимирскому епархиальному архитектору Н. А. Артлебену. Кстати, само слово «кокошник» происходит от старинного русского «кокошь», означающего курицу-наседку. Отсюда пошли название напоминающих куриный гребешок женских головных уборов, а потом и архитектурных элементов в храмовом зодчестве.

 Храм Всех Святых с колокольней

Во второй половине XIX века в истории отечественной архитектуры на смену канонам классицизма приходит возвращение к русской традиции. Стремясь идентифицировать стилевую принадлежность Всехсвятского храма, говорят об эклектике и русско-византийском стиле. Действительно, приземистый купол напоминает завершения константинопольских соборов, в то время как луковичные главки венчают украшенные традиционно русскими аркатурно-колончатыми поясами и сухариками барабаны. Треугольные фронтоны с аркатурой и «язычками», опираются на спаренные пилястры, повторяющие украшение апсид, а парные окна объединяют декоративные килевидные арки. В целом получилось удивительно гармоничное, как и весь храмовый ансамбль, сооружение. 

Всехсвятский храм верующие отстаивали до февраля 1930 г., пока не арестовали его священнослужителей и наиболее активных защитников. Здание хотели продать на щебень, но потом открыли в нем столовую, а позже устроили здесь пекарню. В 90-х в монастырь возвратились монашествующие – теперь это были сестры из Александровского монастыря. Дела у хлебокомбината, в который преобразовали пекарню, шли плохо, и его руководство предложило монахиням выкупить здание, от чего те, с превеликим трудом и скромными средствами приводя в порядок оскверненный монастырь, понятно, отказались. В конце концов, имущество обанкротившегося предприятия отошло администрации, и храм вернулся в обитель безвозмездно, то есть даром. И слава Богу, хотя хлебокомбинат жалко, как и любое разоренное переменами предприятие нашей страны.

 Герб города Киржач

 

В 1778 г. Киржач объединили с соседним селом Селиванова гора в одно поселение, присвоив статус города. Еще через три года новому городу даровали герб: в верхней части геральдического щита поместили губернского владимирского золотого льва, а в нижней – в зеленом поле сидящую на пне с распростертыми крыльями сову, коих здесь насчитали, видимо, предостаточно, чтобы увековечить. Новоиспеченным горожанам этот символ полюбился, люб и сейчас, что подтверждают многочисленные изображения мудрой птицы, встречающиеся в Киржаче не реже, чем совы в здешних лесах. 

В результате реформы в небольшом городе оказались сразу две одноименные церкви, посвященные Николаю Чудотворцу. И это неудивительно, поскольку Киржач стоял на Стромынском тракте, проходящем из Москвы через Каланчевскую и Преображенскую площади к Юрьеву Польскому, Суздалю, Владимиру и Нижнему Новгороду. Стромынский тракт существовал задолго до Владимирского, нынешней федеральной трассы М7 «Волга», чья история начинается с XVI века, и до той поры служил главной дорогой на Владимир. Ну, а святитель Николай, как известно, небесный покровитель путешественников.

 

Никольская церковь на Селивановой горе

 

Никольская церковь на Селивановой горе существует с 1653 года; правда, тогда она была деревянной, а в кирпиче ее перестроили в 1764-м на средства, собранные прихожанами, а также пожертвования московского купца Тита Петрова. Первоначально храм имел два престола, Никольский и Сергиевский. Немногим более столетия спустя его одноапсидный и одноглавый двухсветный четверик дополнили большой трапезной, где даже уложили чугунные полы. Постройку храма «кораблем» замкнула новая, высокая четырехъярусная колокольня с 300-пудовым колоколом, а к двум престолам добавился третий, освященный в честь Покрова Богородицы. Колокольня превосходит декором другие части храмового ансамбля, который относят по привычке к русско-византийскому стилю, исходя из времени строительства, формы глав и элементов каменного убранства. 

Храм при Советской власти закрыли. В нем разместили машинно-тракторную станцию. В 1993 г. богослужения возобновились, и здание постепенно привели в порядок. 

Также из дерева построили в середине XVI столетия храм Святителя Николая в Заболотье, на Никольском погосте; сейчас это северная окраина города. В 1724 г. ее отстроили заново, и тоже из дерева. Примечательный факт: священник просил вышестоящее начальство перенести церковь поближе к монастырю, жалуясь на частые бесчинства воровских людей, которые грабили здесь дворы и даже крали колокола. Прошение удовлетворили, но почему-то этим согласием все и ограничилось. Храм остался на прежнем месте, а в 1846 г. средствами предпринимателей Калмыковых, хозяев кирпичного завода, был перестроен в камне, «кораблем», причем в чисто классической традиции. Рядом стараниями купца Деревщикова появилась двухэтажная церковно-приходская школа.

 

Храм Святителя Николая в Заболотье

 

Некоторое время после революции в храме, именуемом порой кладбищенским, совершались службы, однако в 1934 г. здесь запретили колокольный звон, а в 1937-м арестовали священника. Храм закрыли, но не надолго: по окончании Великой Отечественной он был возвращен верующим и оставался единственным, действующим в Киржаче. Через какое-то время он перестал вмещать приходящих на церковные праздники православных людей, и пришлось разобрать одно из алтарных помещений. Богослужения проводятся регулярно, работает воскресная школа, для прихожан организуют паломнические поездки. 

Киржач аргуновский 

Изба древодела Калачкина — музей «Дом аргунов» 

Расположение на оживленном Стромынском тракте определяло особенности местной экономики. Дорога обрастала сопутствующей инфраструктурой. Появлялись кузницы, торговые лавки, постоялые дворы, трактиры. Занимались извозом, делали телеги, чинили кареты. В одном из постоялых дворов останавливался экипаж, в котором осенью 1812 г. везли с Бородинского поля смертельно раненого Багратиона.

 Постоялый двор помнит Багратиона

Рек, речек и ручьев здесь больше, чем в любом другом районе области. Самая холодные из них – Киржач и Шерна. Чистоту проточной воды горожане ценили, предпочитая для питья и приготовления пищи использовать только речную, а не «стоялую» колодезную.

 Здание трактира Мамаева

 

А вот урожайностью почвы сильно похвалиться не могли. Скудно родила здешняя земля, и после того, как кружившая по ополью Стромынская дорога уступила первенство почти прямой, как стрела, Владимирке, местные крестьяне стали всё больше отдавать предпочтение отхожим промыслам. Плотницким ремеслом занималась шестая часть населения уезда. Прославились аргуны – жители деревни Аргуново, дело которых подхватили в нескольких сотнях окружающих ее населенных пунктов. 

АргУнов – ударение ставили на втором слоге – плотниками не называли, уважительно именовали древоделами. Потому что плотники – это лишь одна из специализаций мастеров-аргунов: среди них выделялись краснодеревщики (изготовители мебели), паркетчики, резчики, ну и конечно, собственно плотники, строившие избы, барские дома и храмы. Опытный аргун умел всё: мог срубить бревенчатый дом, сделать барину письменный стол не хуже европейского, вырезать наличники, иконостасы, на досуге – детские игрушки. Обычно такие мастера возглавляли артели, отправлявшиеся на заработки.

 

 Наличники — украшение «лица» дома, будь окна в нем деревянные…

…или пластиковые

 

Шереметевы, в чьих владениях оказалось Аргуново, умельцев приметили, оценили должным образом. Лучших отправляли учиться в столичную Академию художеств и даже за границу. Сыновья крепостного художника Ивана Аргунова работали в графских усадьбах Останкино и Кусково. Павел Иванович стал талантливым архитектором, его братья Николай и Яков – живописцами, как отец. Императрица Екатерина, увидев во дворце Шереметева работу аргуновских паркетчиков, распорядилась нанять их для укладки полов в Царицынском дворце.

 

 Фотовыставка «Музей наличников» на ул. Гагарина

Киржачский музей «Дом аргунов» открылся в доме Павла Калачкина, старшОго артели древоделов. Дом имеет своеобразную планировку, где общими сенями объединены жилья хозяина и его сына, к ним прирублены крытый двор с хлевом и сарай-мастерская. 

С особой любовью, тщанием и по своим канонам, где переплелись языческая и христианская символики, резали аргуны наличники. Интереснейшую авторскую экскурсию проводит в «Доме аргунов» директор музея Татьяна Ивановна Самойлова, историк, краевед и знаток киржачской земли. Всего за час она посвящает гостей в таинство аргуновского мастерства и учит «читать» наличник, обращая внимание на каждую деталь. Пересказать услышанное непросто, но оно того стоит. 

Дом на Руси воспринимали живым и наделяли его чертами, присущими человеку. Лицо крестьянской избы – ее фасад; отсюда пошло слово «улица», что значит «у лица». Обращенный к улице фасад должен быть красивым, и на лице дома появляются наличники. Изукрашенные особым способом, они выполняют задачу оберега для живущей в доме семьи, защищая его от дурного глаза и темных сил. При этом резчик, выслушав пожелания хозяев, никогда не выходил за пределы принятой символики.

 

Аргуновский наличник 

В славянской мифологии Правь, Явь и Навь – три ипостаси языческого мироздания. Мир языческих богов, земная жизнь и жизнь загробная сходятся в наличнике воедино. Верхняя резная доска, очелье (или лобань, коруна), покрыто резными символами мира небесного. Явь, мир, в котором мы живем,  отражают в срединной части наличника, называемой полотенцем. Нижняя, подоконная доска – загробный мир. Полотенце могут украсить узором из ромбиков; здесь четыре стороны ромба означают четыре стороны света. 

Солнце, дарующее нам жизнь, вырезается в очелье в виде кружка или ромба. Иногда в этот кружок мастер помещает крест. Это уже христианский символ, «Христос сияющий», или «Христос в силах». На плечах наличника, в соединениях очелья с полотенцами, видим схематичные изображения Берегинь, просящих у небес счастья хозяевам дома – фигурки с воздетыми к небу руками. Руки резной Берегини могут быть распростерты в стороны или даже упираться в бока, но никогда не опускаются вниз. Тогда это уже символ не Берегини, а богини смерти Морены. Потому нельзя было обижать мастера – а то рассердится и поставит вместо Берегини Морену, и жди беды. 

Солнце вырезают и в виде картуша с расходящимися лучами, огражденными справа и слева завитками волют – чтобы не сожгли землю. Волюты символизируют воду, без которой нет жизни. Дождь падает с неба на землю и проходит сквозь нее в подземный мир, поэтому в типичном киржачском наличнике символы воды повторяются в нижней части и связаны волнистым полотенцем с волютами очелья. 

В центре очелья, под солнцем – стилизованное изображение Рожаницы: голова в кике, уборе замужней женщины, сильные руки, широкие бедра выпуклый элемент, словно плод в чреве – крин. Кика сама по себе тоже символична: чем больше на ней уголков, тем больше должно быть детей. Ногами Рожаница стоит на семейном древе, одна ветвь означает сыновей в семье, другая – дочерей. Семейное древо может изображаться в форме веток, цветов и пр.

 

 Традиционные детали: уши, серьги, полотенца и Рожаница

В завершении очелья – виноградные грозди. Виноград, как хлеб и вода и крест – важнейшие христианские символы. Хлеб  помещали на полотенца в виде композиции из трех перевязанных снопов – своего рода обращение к Троице. «Без Троицы дом не строится», — говорили в старину. Три перевязки снопов восходят вверх, и три зеркально устремляются вниз, в память наших предков.

Виноград — непременное украшение в барочном декоре православных храмов. Троице-Сергиева Лавра, Надкладезная часовня

  

Память предков в нижней подоконной доске вырезана гирьками, сердечками, и здесь вновь присутствует изображение родового древа. А еще – собранные кучно граненые пирамидки, символ Матери Сырой Земли, уже возделанной, вспаханной. Такой узор из пирамидок называют бриллиантовым рустом; четыре грани каждого «бриллианта» также – четыре стороны света.

 

Сергия Радонежского считают первым плотником Киржача. Роспись в арке Святых врат Троице-Сергиевой лавры  

Вот и главные отличия аргуновского наличника от прочих: глухая резьба, более трудоемкая, чем пропильная, наличие картуша и волют и грозди винограда, словно перешедшие сюда с золоченых иконостасов. А первым киржачским плотником здесь считают Сергия Радонежского, резная фигура которого установлена в музейном дворе. 

Киржач музейный 

Музей иконописи и реставрации 

В музейный комплекс на Ленинградской улице входит не менее интересный музей меди и латуни, руководит которым также Татьяна Самойлова. 

Медно-латунное производство, бурное развитие которого происходило в России с конца XVIII века, по своим оборотам занимало четвертое место среди отраслей промышленности страны. Из меди и сплавов на ее основе изготавливали церковную и бытовую утварь, посуду, украшения, различные технические изделия и многое другое.

 

Музей меди и латуни 

 

История киржачского медно-латунного дела начинается с 1813 года, когда городская дума сдала купцу П. П. Силину «для устройства фабрики к деланию разных медных изделий и белил по свинцу» пустошь Зайчушку. Здесь во время весенних разливов Киржача спасались на островках зайцы, которые водились в таком изобилии, что вполне могли оказаться на киржачском гербе. Однако геральдические зайцы достались гербу Коврова, а завод заработал и вскоре сменил владельца: в 1830-х предприятие приобрела московская купчиха Н. И. Котельникова, а еще тридцать лет спустя – тоже московский фабрикант Е. Н. Шапошников. Завод унаследовали его вдова Анна Петровна и сын Николай Ефимович, при которых производство достигло наивысшего расцвета, а число работающих – четырех сотен человек. В городе открылись еще несколько мастерских. Делали кастрюли, тазы, блюда, весы, бляхи, но главное – самовары.

 

Самовары, и не только… 

Да, не только Тула славилась своими самоварами! Изделия киржачских мастеров получали награды на разных промышленных выставках и удостоились даже бронзовой медали в Париже. Продукция завода Шапошниковых продавалась в московских Торговых рядах (ныне – ГУМ) и прочих торговых точках центра города, как, впрочем, и самовары с клеймами других московско-киржачских предприятий – «Завода Торгового дома Аленчиков И. и Зимин Н», «Завод Любимовой», «Завод Силиных – Шапошниковых – Болховитиновых». 

После революции производство «предметов отправления культа» прекратили, а завод на Зайчушке в 1931 г. перепрофилировали для выпуска автомобильных фар. Позже вместо него открылась мебельная фабрика. Недалеко от нее и сейчас на правом берегу реки можно обнаружить развалины построенного над плотиной медно-латунного предприятия. 

Зато удалось спасти от застройки саму пустошь Зайчушку, которую уже в нашем веке местные власти продали под застройку. Общественность возмутилась. Выход из непростой ситуации помог найти руководитель ОАО «Киржачская типография» Евгений Сергеевич Федоров. Бизнесмен, меценат, краевед, не просто болеющий душой за город, но стремящийся преобразовать его на благо как местных жителей, так и развития внутреннего туризма в стране.

Типографский мост  

Стараниями Федорова в Киржаче появились самый длинный в России деревянный пешеходный «Типографский» мост, соединивший берега реки, что избавило горожан от долгих походов из одной части города в другую, и тут же парк «Александровский сад». А еще музей наличников, плодово-ягодный сад, первый детский частный театр «Совенок», выставка репродукций работ пионера цветной фотографии С. Прокудина-Горского, появившегося на свет в родовом имении Фуникова гора под Киржачом, музейно-парковая зона «Вшивая горка», военно-исторический комплекс «Рубеж-12» и не только это. Федоровым создан цикл детских книжек «Сказания о земле Киржачской», объединенных одним героем, Совенком, постигающим историю родного края.

 

 Зая на Зайчушке

Типография выкупила землю у добросовестных приобретателей, обустроила здесь смотровую площадку с видом на историческую часть города, балюстрадой и бронзовой фигурой Заи, персонажа одной из федоровских сказок.

 Культурно-досуговый центр и детский театр «Совенок»

Восточный мост в восточном стиле. Ворота «Тории» — символ удачи и успеха  

Есть в Киржаче и прекрасный краеведческий музей с весьма насыщенной подробностями жизни города и горожан экспозицией и увлекательными рассказами экскурсовода. В нем, кстати, тоже большая коллекция самоваров и других изделий местных производств. За последние годы улицы приведены в порядок, и здесь уже не боишься, как лет двадцать назад, пробить колесо или натрудить ноги на побитом асфальте тротуаров. Есть музей иконописи и даже музей ледниковых камней, среди инсталляций которого мог бы поразмышлять о высоком легендарный Кузьмич из «Особенностей национальной охоты».

 Городской краеведческий музей

 …и знаменитые самовары в его экспозиции

Музей ледниковых камней под открытым небом

  

Вшивая горка – тоже историческое место, расположенное на въезде в город со стороны Александрова. Неблагозвучное название холма над быстрым Киржачом не появилось бы, если б не события 1812 года. Киржачские ополченцы, сосредоточившись у города, изготавливались дать отпор наполеоновским войскам, потом первыми вошли в разоренную Москву, чтобы предотвратить возможные случаи мародерства, а затем намеревались отправиться по домам, но – увы. Часть воинов заболела тифом, холерой, педикулезом и, чтобы не допустить проникновения заразы в город, ополченцы устроили здесь, в нескольких верстах от него, карантинный лагерь. Помнит ту зиму одна из стоящих над обрывом сосен, получившая в свои 300 лет охранный статус.

 

 Добро пожаловать на Вшивую горку

Поклонный крест в память ополчения 1812 года

 

Не все воспринимают однозначно бурную энергию Федорова, но за Типографский мост и Вшивую горку горожане ему благодарны. Киржач получил прекрасную зону отдыха, и теперь молодоженам не надо ездить в Александров повязывать ленточки и навешивать замочки, они делают это здесь и с удовольствием фотографируются в беседке-ротонде. Тут же устроена освещаемая лыжная трасса.

 

 У сосны желаний

Сова на Вшивой горке

 

Осенью 1941-го, когда возникла опасность окружения и штурма Москвы немецкими войсками, вокруг столицы была создана Московская зона обороны (МЗО), разбитая на укрепленные районы, оборудованные всеми необходимыми инженерными сооружениями.

 

 Вход в землянку

Киржач с 1929 по 1944 гг. входил в состав Ивановской промышленной области, и в ноябре первого года войны стал тыловым районом Западного фронта. Жители рыли траншеи, строили блиндажи. Здесь же формировались новые воинские части, готовые при необходимости занять позиции. Зимой город и его окрестности превратились в один из рубежей МЗО.

 

 Парк имени 36-й дивизии

По разветвленной сети шоссейных и железных дорог подвозили пополнения. Сюда подходили для обучения дивизии Сибирского военного округа, те самые «сибирские дивизии». В окрестных деревнях и поселках разместились подразделения 9-го воздушно-десантного корпуса, на базе которого в городе формировалась 36-я гвардейская стрелковая дивизия. Именем ее командира, полковника М. И. Денисенко, названа улица в центре города. Другая киржачская улица носит имя летчицы Марины Расковой, чей женский авиаполк также некоторое время базировался в городе.

 Здесь похоронены воины, умершие от ран в госпитале г. Киржача в 1941-45 годах 

Открытие военно-исторического комплекса «Рубеж-12» состоялось 22 июня 2016 г. На горке поставили информационные стенды, соорудили по всем правилам дерево-земляную огневую точку (ДЗОТ), построили землянку в три наката, установили «ежи» и надолбы. С зоной отдыха «Рубеж-12» связали перекинутыми через овраги деревянными мостиками.

 ДЗОТ 

Обильные снегопады прошедшей зимы повредили беседки, поломали несколько деревьев, но наверняка все порушенное будет скоро восстановлено. Ведь есть уже люди, которые сами, без принуждения, приходят сюда, чтобы собрать мусор, оставленный иными нерадивыми туристами. Разберутся. 

Киржач шелковый 

Шелк, ткань из тончайших нитей кокона тутового шелкопряда, начали производить в древнем Китае за две тысячи лет до н.э. Отсюда шелк стал распространяться по всему Востоку и с торговыми караванами пришел в Малую Азию и Средиземноморье. Треугольная в сечении нить искрится и переливается на солнце, и это качество материи восхищало древнеримских аристократок. Ученые, более склонные к прагматизму, отмечают, что текстуру шелковой ткани совершенно не выносят вши и, таким образом, ношение одежд из нее имело к тому же еще и гигиенический характер.

 

Киржачский шелковый платок 

 

Тем не менее, в окрестностях Вшивой горки шелк появился не так давно, и тому предшествовала своя история – история становления отечественного шелкоткачества. 

В Европе средних веков уже перешли от импорта шелковой материи к собственному производству. Раздираемой войнами и набегами Руси было не до того. Впервые идеей завести шелковую фабрику озадачились в XVI веке при царе Федоре Иоанновиче. К государю пригласили итальянского мастера Чинопи. Ему поручили устроить фабрику «для тканья парчей, штофов и бархатов» — все это тоже шелковые ткани. 

Тишайший Алексей Михайлович лелеял мечты разводить тутовые деревья в подмосковных садах. Приезжали новые иностранцы, открывали свои предприятия, нанимали рабочих. Поворот в сторону собственного производства наметился при Петре – после успешного Персидского похода он поручил организовать посадки тутовых рощиц под Астраханью и переписать всех, кто занимается разведением шелкопряда. Так в России появилось свое сырье, но пока еще немногие фабрики закупали кроме него шелковую нить в больших мотках – куфтах у купцов из Китая, Персии, Средней Азии и посредников. Рисунки, наносимые на ткань, копировали с западных образцов.

 В светелке. Городской краеведческий музей 

Во второй половине галантного века шелкоткачеством занялись всерьез. Проанализировав положение дел на российских фабриках, надворный советник Мишель Одар, по происхождению француз, некогда работавший в Лионе, ткацкой столице Франции, помог выработать рекомендации по государственной поддержке новой отрасли. 

Первым отечественным шелкоткацким предприятием стала в 1714 г. фабрика выучившегося в Европе дворянина Данилы Земского, одного из «птенцов гнезда Петрова». Появились предприятия в Богородском уезде – в Купавне и Фряново. Интересно, что если в Европе становление промышленности происходило по пути от домашнего, кустарного производства к средним и крупным фабрикам, то в нашем шелкоткачестве все строго наоборот: цари и помещики приглашали иностранцев, наемные русские рабочие осваивали технологию и затем многие из них открывали свое дело, благо сырье приобрести проблемой не было, а к ткацкому ремеслу наши люди привычны. 

Сначала русские кустари выпускали только легкие шелковые ткани, тафту, потом включили в свой ассортимент плюш и бархат. Работали в светелках – хорошо освещенных помещениях вторых, деревянных этажей жилых домов. Одну из таких светелок покажут экскурсантам в городском краеведческом музее. Предприимчивые хозяева строили нехитрые светелки в дальней части своих огородов, опасаясь пожаров: ткачи работали от зари до зари, часами «при огне», особенно в зимнее время.

 

Здание военкомата — бывший дом Соловьевых

 

Александра Петровича Соловьева  считают зачинателем в Киржаче шелкоткацкого дела. Его сын Петр сначала вместе с отцом расписывал окрестные храмы, а потом, поработав в Богородском уезде рисовальщиком на фабрике братьев Залогиных, открыл в Киржаче контору, принимал у бывшего хозяина сырье, распределял заказы между местными ткачами, и Залогин получал уже готовую продукцию. Таких, как Петр Соловьев, предпринимателей, тогда называли загладами. В 1840-х отец и сын открыли свою первую фабрику и быстро нарастили капиталы. В 1849-м Петр уже значился купцом 1-й гильдии.

 Школа № 2

 

После смерти отца братья Петр и Александр Соловьевы развивали производство, открывали новые фабрики с самым современным оборудованием и не забывали помогать родному городу: кроме храма Всех Святых со всех нужной утварью и высокой колокольни их стараниями в городе появились двухэтажное здание мужского и женского училищ (теперь – школа №2), ремесленная школа, богадельня. На средства Александра Соловьева в Киржаче были устроены приходское училище, учительская семинария с женским и мужским двухклассными училищами при ней, земская больница,  кладбище с Успенской церковью в центре (архитектор Н. А. Артлебен), по своей архитектуре напоминающей Всехсвятский храм. К сожалению, в советское время Успенскую церковь разрушили, территорию кладбища отвели под городской парк, а потом построили здесь детский сад. Активно занимаясь благотворительностью, купец не забывал про семейный бизнес, создав в конце 1880-х «Торговый дом А. А. Соловьев». Наследники Соловьева сумели довести обороты предприятия до 1 млн рублей в год и больше, и продолжали  его добрые дела.

«Красная работница» 

 

Светелочниками начинали киржачские купы Низовцев, Деревщиков, Арсентьев. В 1852 г. Яков Григорьевич Арсентьев открыл небольшую шелкоткацкую фабрику; ей суждено было в будущем стать советским предприятием «Красная работница». В 1879 г. им же основана «Ручная шелкоткацкая фабрика», где поставили 170 ткацких станов. Фабрика Дмитрия Григорьевича Арсентьева появилась в 1871-м. Здание будущей «Красной работницы» построили в 1885 г., и предприятие стало одним из крупнейших в округе.

Угловой дом принадлежал Арсентьеву. За ним находились контора предприятия, фабричный дом и фабрика Арсентьева — будущая «Красная работница»

Наследники Якова Арсентьева, стремясь избежать зависимости от иностранных спецов, устроили и обеспечили работу ремесленного училища, где готовили наладчиков оборудования, слесарей и прочих мастеров для производства.

 

 Ремесленное училище Арсентьевых

На предприятиях стояли красильные кубы и котлы, аппретурные машины, работали плотницкие, слесарные, сушильные, клеевые мастерские; рисовальщики создавали диковинные узоры, которые наносились на ткани с помощью свинцовых плит, медных досок и вручную. Условия труда на ткацких фабриках не назвать легкими или комфортными – ткачи трудились с 6-7 часов утра и до 9 часов вечера, а то и больше. Получали по 10-15 рублей, женщины и подростки – почти вдвое меньше; при этом существовала система штрафов и обязанность отовариваться продуктами только в фабричных магазинах, где они были дороже и не всегда должного качества. 

Из-за волнений ткачей царскому правительству пришлось вмешаться, и уже при Александре I появились документы, регламентирующие взаимоотношения работников с хозяевами. Наемные труженики получили кое-где льготы – бесплатное пользование лесом, рыбными ловлями, пастбищами и сенокосами. По уговору с хозяином в летний сезон работников отпускали на несколько месяцев, чтобы они могли заняться своими огородами. Да, идеализировать купцов-промышленников не стоит, но и демонизировать не надо: предприятия «Шелкового пояса Владимирщины» давали работу тысячам человек. Сложилась поговорка: «С голодухи не плачь, а ступай в Орехово или Киржач». 

Правительство, стимулируя развитие отечественного производства, снижало пошлины на сырье, содействовало реализации российских изделий и облагало дополнительными поборами совместные с иностранцами фабрики, а также выпуск предметов роскоши. Появились жаккардовые станки, давшие возможность  изготавливать самые разнообразные ткани; ручной труд постепенно вытеснялся машинным. Модницам особенно полюбились ткани дымчатые, полупрозрачные, и современник отмечал, что при сквозняках сквозь платья сквозит их нежное тело, а фабриканты – не моралисты, им лишь бы угодить вкусу потребителя. 

В 1924 г. в состав образованного Владимирского шелкотреста вошли бывшее предприятие Соловьевых, носившее теперь имя Урицкого, «Красная работница» и «Рабочая борьба» — в прошлом – фабрика Евдокимова в деревне Никулкино Киржачского уезда. Еще через шесть лет киржачские шелкоткацкие предприятия объединили в шелковый комбинат. Дефицит сырья компенсировали искусственным шелком, вискозой, вырабатываемой из древесной целлюлозы.

 

 В одном из залов краеведческого музея рассказывают о шелкоткачестве

Не выдержав коллизий 90-х, комбинат распался на несколько небольших фабрик, которые вскоре прекратили существование, оказавшись неспособными конкурировать с дешевым китайским шелком. Государство не сильно заботилось о сохранении некогда успешных отраслей экономики. Однако городская промышленность не прекратила существование. Кроме Киржачской типографии, молокозавода, мебельной фабрики и объектов инфраструктуры в городе работают предприятия и организации многопрофильного технопарка «Русклимат ИКСЭл», производящие приборы и комплектующие для климатического оборудования, в том числе НИИ инженерных климатических систем и электроники (ИКСЭл) и завод по выпуску домокомплектов быстровозводимых зданий. 

Шелковое производство в России можно и возродить, не так далеко ушел поезд. Нужны только воля и мудрость государственных мужей. Тем более, что развита эта отрасль всего в 11 странах мира, а значит, пока еще можно найти свою нишу на рынках сбыта. 

Киржач космический 

 Образ Гагарина слился с Киржачом навсегда

Мы возвращаемся на Вшивую горку. В 1960-х здесь любили отдыхать космонавты «Гагаринского» отряда – после учебных парашютных прыжков и других тренировок они купались, рыбачили, варили на костре уху. Специалисты Центра подготовки пришли к выводу, что отдых на природе лучше всего помогает снятию стресса. Аэродром, где постигали тонкости парашютного спорта будущие покорители космоса, находился недалеко, и сюда от него вела лесная тропа. Членам отряда не возбранялось общаться с местным населением – врачи подтвердили, что это тоже способствует избавления от напряжения. Потом, уже после полета Юрия Гагарина, на Вшивую горку приходили за автографами. Сейчас у берега реки устроены два памятных объекта – «Костер космонавтов» с подвешенным над кострищем медным котлом, и «Пляж космонавтов» на излучине реки.

 Костер космонавтов

 Пляж космонавтов 

Главная улица Киржача носит имя Гагарина. Это «киржачская» часть Большой Московской улицы. В глаза бросается стена дома, украшенная портретом космонавта №1 – его так и зовут «Гагаринский дом». После полета Гагарин, исколесивший весь мир, приезжал и в Киржач и выступал в городском доме культуры.

 

 «»Гагаринский» дом

 Дом культуры

Гагарин возобновил тренировки. Он готовился к новому старту, пока – в статусе дублера Комарова. Но тренировочный полет 27 марта 1968 г. оказался для него и его инструктора, летчика-испытателя Владимира Серегина, последним. В это трудно поверить, в это никто не хотел верить, но их МиГ-15УТИ упал здесь же, в Киржачском районе, в лесу у деревни Новоселово.

  МИГ-15УТИ

…На месте падения самолета установили памятный камень, а в 1975 г. воздвигли высокий гранитный обелиск в форме сечения крыла. Его окружает кольцо из темного камня лабрадорита, внутри которого уложена пятиугольная плита с надписью о случившейся трагедии. Слева и справа от дороги, ведущей к памятнику высятся словно рассеченные надвое треугольные стелы с изображением также разрезанных надвое звезд. Торжественно и печально.

 Памятник 

На средства космонавта Алексея Леонова и семьи Серегина восстановлена близлежащая церковь Андрея Первозванного. Может быть, ее вместе среди крон весенних деревьев успели увидеть летчики в последние секунды жизни. Рядом с обелиском стоят несколько обрубленных при падении самолета деревьев, а напротив – часовня Георгия Победоносца с Георгиевской и Владимирской мозаичными иконами. На площадке за церковью замер подлинный МиГ-15УТИ, переданный мемориалу Министерством обороны СССР.

 Храм Св. Андрея Первозванного

 

Судя по установленному при входе на территорию плакату, мемориальный комплекс дополнят новыми объектами, а сама дорога до памятника станет словно взлетной полосой для взмывающего в небо современного истребителя. 

Сергий и Гагарин, две разные жизни, две совсем разные эпохи, два подвига, между которыми шесть столетий – и все это в одном небольшом, около 26 тысяч человек населения, городе. С недавнего времени город этот вполне может называться космическим или звездным. В международном звездном каталоге одному из светил в созвездии Рыб в знак признательности горожанам за доброе отношение и поддержку при подготовке полетов в космос зарегистрировано присвоение имени «Киржач». 

Евгений ШАПОЧКИН

 

Источник: rcmm.ru

No votes yet.
Please wait...
Поделитесь с друзьями

Ответить

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *